Сразу за пределами средневековых городских укреплений Львова с южной стороны находится комплекс маньеристических монастыря и костёла монахов-бернардинцев. Экскурсионный маршрут по Львову включает его посещение в составе туристической группы, или индивидуально.
Архитектор Павел Римлянин начал строительство костёла Св. Андрея ордена бернардинцев в 1600 г. — одновременно поднимались оборонительные укрепления вокруг него.
Интерьер храма в определенной степени напоминает внутреннюю структуру костёла в Замостье архитектора Бернарда Морандо (начатый в 1587 г. и законченный в 1600 г.), который, не исключено, мог осматривать Павел Римлянин. Сходство прослеживается и во внешнем виде, в фасаде — отсюда могли позаимствовать готические элементы (круглое окно-роза), которые были близки выходцу из Венеции — Морандо.
Общими для обоих костёлов было декоративное оснащение коробового свода стукковыми кессонами (в бернардинском — сбитые в 30-х годах XVIII в.), а также мощная с богатым скульптурным обрамлением аркада, которой отделён центральный неф от боковых, и структуры различных высот главного нефа, и пресвитерия. Но Павел Римлянин по-ренессансному удобнее предлагает систему освещения с помощью двухъярусных люнетов (с южной стороны) в отличие от сложной системы эффектов света, применённой Морандо.
Уже в 1609 г. назрело несогласие между архитектором и заказчиками, которым фасад показался низким, и с 1613 г. строительство продолжал Амвросий Благосклонный. В интерьере, очевидно, работы велись согласно с предыдущими проектами, но фасад без изменений в архитектонически-конструктивной основе дополнили декоративно-скульптурным убранством. Стиль декоративных новшеств указывает на их северное, нидерландское происхождение в Силезской интерпретации. Автором этих нововведений считают Андрея Бемера, родом из Вроцлава.
Бемер в то время работал над сооружением башни для ратуши. Похожая башня одновременно появилась вблизи Бернардинского костела, что побудило не только связать их одним авторством, но и склониться к мысли об участии Бемера в строительстве костёла. Это могло произойти после смерти Павла Римлянина (1618), в период проведения работ по внутреннему убранству храма (1618-1630 гг.).
Башня и декоративная отделка живописно обогатили сооружение, что было одобрительно воспринято современниками. Но по сравнению с Успенской церковью бернардинский храм выглядел лишённым стилевого единства и настоящей монументальности, неся явственный отпечаток переходной эпохи. Бемер маньеристическим одеянием прикрыл глубокую привязанность к готике, но это прикрытие имело вид абстрактных формальных схем. Действительно, маньеризм имел успех там, где угасал гуманизм.
Но среди тогдашних сакральных сооружений бернардинцев костёл эффектно выделялся, уверяя в меньшей ортодоксальности и до некоторой степени в свободе индивидуализированно-художественной интерпретации. И только такое исключительное сочетание различных культурных наслоений, столкновение восточного и западного художественного мышления, напряжение идейной борьбы, которая велась во Львове, привело к появлению типично регионального значения художественного произведения.
Завершая рассказ, хотим подчеркнуть, что посетить монастырь и костёл ордена бернардинцев можно, заказав экскурсии «7 чудес» или «Львов сакральный«!